Для большинства людей Новый год – любимый праздник. Это большинство – психи.

С Новым годом я завязала свою интимную связь, как только поняла, что зря почти 10 лет жрала жженую фольгу в шампанском и !тем более! зря пылесосила комнату для несуществующего старого пердуна в банном халате – Деда Мороза. Это потом я поняла, что таким незамысловатым разводом мама заставляла нас убрать в квартире. 

Кстати, моя мама обрела просветление намного раньше своей слабоумной дочери, а посему в новый год я ее ни разу не видела. Она работала, предпочитая тройную ставку обществу своих сумасшедших детей.

Однажды на НГ я осталась совсем одна. Мне было лет 11-12. Младшая свиносестра была конфискована теткой, а старшая убежала со своими веселыми кобелями тискаться по подъездам и пить самогон с горла.  

Меня не особо напрягало отсутствие смертных в доме в столь торжественный час. Я включила телевизор, там пели любимые нашими предками певцы в серпантине. Надела платье старшей сестры, которым она очень дорожила, потому что в нём ее впервые пригласил на танец гопник в нашем клубе, после чего она благополучно потеряла девственность в туалете этого самого клуба. И именно это брутальное платье хранило столь романтичное воспоминание и, возможно, даже вещественные доказательства того радужного инцидента.

В общем, сижу я одна за столом, битком забитым деликатесными консервами, смотрю в честные глаза хмельного Леонтьева в телевизоре, и пью, как дура, лимонад розового цвета в стеклянных бутылках по 0,5 с конем на этикетке. Пустых бутылок на столе уже 5, и даже конь смотрит на меня офигевающим взглядом типа «куда ж в тебя лезет, деточка?» А деточка в это время ощутила нехватку праздника, а именно отсутствие электрического раздражителя в виде китайской гирлянды.

Гирлянда еще накануне была мной по-царски натянута вдоль верхнего края убогого ковра на стене. Я выключила свет, схватила какую то двойную вилку гирлянды (апофеоз китайской электроники!), нащупала ею розетку за краем ковра и воткнула в две дырочки. Раздался щелчок, вспышка, и резко запахло жареным ковром. Вилка осталась в розетке, в моей закопченной руке дотлевал кусок провода, а по ляхам стекал розовый лимонад, не говоря уже о том, что искрами прожгло на знаковом платье несимметричные дырочки. Для полноты картины не хватало только Деда Мороза, прикуривающего от розетки вместе с лимонадным конем.

Обоссаная, горелая, но живая, я стала заметать следы преступления, затирая лужу на полу паленым платьем. После чего все это вместе с гирляндой отправилось в самый дальний угол ада – кладовку.

До полуночи оставалось с гулькин член, и единственной радостью, которую я приберегла для такой счастливой минуты, была хлопушка, которую мне подсунули в конфетный подарок, наверное, те же китайские хакеры, что мастерили гирлянду в перерывах между размножением.

До этого я видела хлопушки только в телевизоре и в зеркале в возрасте 5 лет, когда меня нарядили хлопушкой в детском саду на потеху зверолюдям. Поэтому этот цветастый тампон с веревочкой манил меня своей неопознанной взрывной силой. К тому же ребенком-дебилом в моем лице предполагалось, что внутри  будет сюрприз.

И вот оно – бой курантов! Между ног зажат бокал лимонада, в руке хлопушка, нацеленная в пластмассовую ёлку, а в глазах ожидание чуда. Загадываю желание – какой-то бред вроде личного лимузина. Дергаю веревку праздничного тампона. Еблысь! И… Жалкий щелчок был еле мной расслышан и после взрыва гирлянды показался мышиным пердежом. Пара несчастных бумажных кружочков убого упала на ковер.

Мой мир рухнул! И я вместе с ним. Я плюхнулась на пол своим несформированным телом и стала искать последний осколок веры в человечество – сюрприз из хлопушки, попутно подбирая в рот объедки со стола. Лучше всего было бы, если б в хлопушке оказалась бейсбольная бита, которой я буду отбиваться от старшей сестры за проссаное  платье и от мамы за разбитое все остальное.

В этот вечер меня накололи дважды. Сначала добрые китайские производители гирлянд для самоубийц, а потом такие же хлопушкоделы.

Жизнь сменила свой розовый цвет лимонада на ярко алый цвет крови банного халата Деда Мороза.

В тот миг я покрылась броней недоверия ко всему человечеству и стала совсем иначе справлять Новый Год. Как раз в ту ночь, мама заехала домой, чтоб привезти мне подарок - попугая Прошу, который впоследствии оказался бабой и умер от обезвоживания, хотя до смерти он успел не одну тонну помета оставить на моем богатырском плече. Так вот, мама застала меня на полу, в окружении розового лимонада, рисующую салатом оливье искры счастья на полу разочарования.

Я еще потом неделю пукала волшебными пузырями с этого лимонада.

А травма ребенка превратилась в катастрофу для небольшой социальной ячейки.

http://www.tendernes.ru/blog/post/90/